История английского политика Бернарда Шоу (продолжение)
История английского политика Бернарда Шоу
(продолжение)
В Лондоне Шоу первое время работал в телефонной компании. Тогда это была суперсовременная отрасль, вроде сегодняшних интернет-сетей с оптоволоконной связью. Компания бурно развивалась, он там был на хорошем счету. Но через несколько лет он эту работу бросил и целиком сконцентрировался на литературном творчестве. За это время он написал пять романов, все эти романы бездарные. Они все посвящены социальным темам. Тогда это было очень модно. Достаточно привести название одного из этих перлов «Асоциальный социалист». Шоу пытался эти романы пристроить в разные издательства, все их дружно отвергли. Их удалось опубликовать, когда автор стал очень известным, так что под его именем можно было тискать любую ерунду. Читать это, конечно, невозможно. Бернард Шоу не романист. И не автор рассказов. Бернард Шоу – драматург. Бернард Шоу – оратор. Бернард Шоу – автор резких, полемических статей.
Его постоянно сносило в морализирование, и при этом, что называется, «плющило». Постепенно он заходился и начинал нести пургу. Однако именно в этом состоянии у него проскальзывали замечательные афоризмы, составившие ему славу парадоксального мыслителя. Отчасти заслуженно.
С 20 до 27 лет Шоу жил в Лондоне, при этом последние время вообще ничем не занимаясь. Он был безработным и жил за счёт матери, которая не была очень бедным человеком – она получила к этому времени небольшое наследство и давала уроки музыки, что в столице хорошо оплачивалось. Поэтому нельзя сказать, что он свою мать обирал, но ему было очень неловко. Он был никому не известным стеснительным провинциалом, молодость которого уже прошла, и прошла впустую. Это не могло не сказаться на его последующем характере. Счастливый и успешный остроумец начал свою жизнь как одинокий неудачник.
Перелом в его жизни наступил в 1884 году, когда ему было 28 лет. Внезапно он увлёкся общественной жизнью, стал ходить на всякого рода лекции, семинары, и по каким-то причинам оказался в центре событий вокруг Фабианского общества. Это общество и было учреждено в 1884 году. Фактически Бернард Шоу был одним из его учредителей. Через несколько месяцев после основания он вошёл в его состав и с места в карьер развил бурную деятельность. Это обстоятельство предопределило всю его дальнейшую жизнь. То есть сначала он состоялся как социальный и политический деятель, и только потом – как писатель. Если бы его привлекли в общество как известного писателя, это был бы немножко другой разговор.
Что такое Фабианское общество? Оно названо по имени римского полководца Фабия Кунктатора. «Кунктатор» – это «медлитель». «Медленный». Это военачальник, похожий на нашего Кутузова. Когда Ганнибал вторгся в Италию, Фабий Кунктатор стал его изводить обходными маневрами. Он сжигал запасы продовольствия, беспокоил карфагенян партизанскими налетами, старался, чтобы они как можно дольше были оторваны от своей оперативной базы. В конце концов, Кунктатор добился победы и был прославлен соотечественниками как человек, который своей медлительностью спас Отечество.
Так вот. Фабианцы – это социалисты, отрицающее необходимость революции. Они считали, что социалистические преобразования должны происходить медленно, постепенно и это наиболее оптимальная тактика с точки зрения развития общества. Это их официальная доктрина. («Официальная», не всегда значит «подлинная»).
Такого рода движение должно было быть не очень политизированным, и не должно было допускать каких-то резких движений. Вот витраж, созданный в то время. Его сложная композиция отражает идеологию фабианцев. Мы видим каких-то кузнецов, перековывающих земной шар, какие-то книги, загадочные девизы. Всё очень «по-средневековому». И это не случайно. Английский социализм – это движение в своих корнях черносотенное. Английские коммунисты – это общество «Память», если попытаться найти его аналог в бедной и тусклой истории СССР. Так сказать, «гой еси, добры молодцы». Английские коммунисты говорили так:
– Мы по-басурмански-то мы не маракуем, языков поганых не зна. Мы по йоркширски-то говорим, и не нат нам иностранцев никаких.
Патриархом английского социализма был Генри Гайндман. Это солидный человек с окладистой бородой, внешне походящий на Фридриха Энгельса. Он, кстати, выступал против фабианцев. Говорил:
– Это интеллигенты в очках. Что они в жизни понимают? Нам надо трудящихся побольше, и, знаете, таких настоящих, от станка.
А что это был за человек? Кроме всего прочего, он страдал ярым антисемитизмом. И он первым создал в Европе национал-социалистическую партию. Немцы выступили немножко позднее, и это была калька с организации Гайндмана.
Многие представители английского социализма вышли из кружков, увлекающихся средневековьем и связанных с движением прерафаэлитов.
Отсюда у них подобные витражи, косплеющие эпоху рыцарей Круглого стола, или, если брать русскую историю, эпоху «добрых молодцев»: Илью Муромца, Добрыню Никитича и Алёшу Поповича.
Кстати, этот витраж одно время будто бы был потерян, а потом счастливо обретён. Всё как полагается. На витраже изображен герб Фабианского общества: волк в овечьей шкуре. Волк в овечьей шкуре – это библейский символ, и символ негативный. Это говорит о том, что в основании этого общества лежит ложь. То есть всё, что говорят эти люди, это всё ложь, всё на самом деле не так. И они об этом говорят открытым текстом – на вывеске.
Фабианское общество с самого начала объединяло большое количество людей, вскоре их стали тысячи. В его состав входили английские интеллектуалы, в том числе Бертран Рассел и Герберт Уэллс.
В чём был смысл этого предприятия? Интеллектуалы, туда входившие, создавали и затем создали рабочую партию, которая в России почему-то стала называться лейбористской.
Но британское общество сословное и якшаться с трудящимися в рамках единой партии англичанам было противно. Поэтому они решали проблему общения с вонючими пролетариями радикально. Трудящиеся были полностью отделены от руководства. Фабианское общество создало массовую лейбористскую партию, но в партию не вошло. Руководство партии сохранило своё членство в фабианском обществе, которое, будем называть вещи своими именами, являлось сложно организованной масонской ложей или даже системой масонских лож. В лейбористскую партию попасть было очень просто, а в фабианское общество очень сложно. Для этого надо было добиться практически единогласного согласия руководства. Всё руководство лейбористской партии состоит из фабианцев. До сих пор практически все премьер-министры Великобритании – лейбористы, являются членами фабианского общества. Это интеллектуалы, которые учились в Итоне, потом учились в Оксфорде или Кембридже, часто они имеют научные степени. Но это только начало скрытой системы фабианства.
Бернард Шоу писал:
«Мы создали нечто, называемое нами религией, или моралью, или ещё бог знает чем. Это идёт вразрез с фактами. Ну и выбросьте это на свалку. Выбросьте и заведите новое, которое будет соответствовать фактам. В этом сейчас и заключается беда мира: он выбрасывает на свалку устаревшие паровые машины, но не хочет выбросить свои старые моральные убеждения, свои старые религии и старые политические конституции. И что в результате? В области машин и техники мы преуспеваем, а в области религии, морали и политики работаем в убыток и с каждым годом приближаемся к банкротству. Не надо упорствовать в своем заблуждении. Если старая религия рухнула вчера, добудьте себе завтра новую и лучшую».
Вот это и есть цель Фабианского общества – создание новой идеологии. Причем идеологии жесткой, на уровне религиозной системы. И это создание должно быть бездушным. Здесь не должно быть ничего личного. Так была, собственно, создана англиканская церковь. Англиканская церковь – это церковь, которая была создана атеистами. Это полный дубликат католицизма, но подчиняющийся не Римскому папе, а национальному главе церкви в лице короля, и при этом не накладывающий на своих прихожан никаких обязательств. От них требуется только формальное соблюдение приличий. Поэтому даже иерархи этой церкви на поверку оказываются атеистами.
Точно так же английские социалисты считали, что социализм как политическая система в определённых условиях эффективен. Более того, он полезен для рабочих. Но рабочие не в состоянии этого понять, потому что они примитивны. Они всё равно не поймут, что это такое. Им это и не надо объяснять. Им нужно дать чёткие постулаты, лозунги и мантры, которые они должны вызубрить наизусть. Этого будет достаточно. Руководить ими должны интеллектуалы, причем, – чтобы не нанести вреда Великобритании, – национально ориентированные, ибо социальная демагогия вещь обоюдоострая.
Таким образом был создан британский социализм.
Но дело не только в этом. Шоу писал:
«Здоровая нация не ощущает своей национальности, так же как здоровый человек не ощущает, что у него есть кости. Но, если вы подорвёте её национальное достоинство, нация не будет думать ни о чем другом, кроме её восстановления. Она не станет слушать никаких реформаторов, никаких философов, никаких проповедников, пока не будут удовлетворены требования националистов. Она не будет заниматься никакими делами, сколь неотложными они ни были, кроме дела воссоединения и освобождения».
Конкретно это сказано по отношению к Ирландии. Но в целом это сказано по отношению ко всем государствам. И, – что максимально актуально для Великобритании того времени, – колониям. То есть, как рабочие не должны реально управлять своей партией и вообще торчать наверху хотя бы в виде подставных фигур, так и колонии должны считать, что они самостоятельные государства, но при этом не лезть в реальное управление, в котором ничего не смыслят. Тогда у людей не будет никаких проблем – они не будут попусту мучиться. Взрослые за них будут управлять, и им не надо будет, как украинцам на майдане, скакать на одном месте.
Вот философия фабианского движения.
И если вы посмотрите, фабианцами были не какие-то английские политики, философы, литераторы – это само собой, а там была вся политическая верхушка Индии, Пакистана, Египта. Одним из основателей фабианского общества была Анна Безант, теософка, считающаяся религиозной святой в Индии и создавшая партию «Индийский национальный конгресс». Какой же это марксизм-социализм? Это религия: астрология, карты Таро и песнопения. И что такое марксизм для английских мастеров, которые его создали? Это тоже религия, рациональная религия. Когда говорят, что марксизм неправильно поняли, сам Маркс сказал, что он не марксист, все всё на самом деле поняли правильно. С точки зрения англичан, именно такой марксизм и должен был быть. Чтобы и в Китае, и в России, и в Чехословакии, и на Кубе, и в Чили, и в Анголе – везде на распев пели бы мантры в ашрамах. А всем этим безобразием незримо бы управляли люди, скрывающиеся за вуалью и находящиеся где-то за тридевять земель.
Бернард Шоу высказал мысль великую и страшную:
«Вы можете подчинить человека только с помощью его религии, а не вашей».
Поэтому надо, значит, сделать вашу религию религией чуждого вам человека. Это возможно только в том случае, если это уже не ваша религия, а религия, которая создана вами под него. Вот тогда всё получится. Здесь не будет никаких логических противоречий.
Ещё одна мысль Шоу:
«Управление, осуществляемое самим народом, невозможно и никогда не будет возможно. Это только демократический лозунг для заманивания избирателей. И если вы сомневаетесь в этом, если вы спросите меня, почему народ не может создавать сам для себя законы, я тоже отвечу вам вопросом: «А почему народ не может сочинять сам для себя пьесы?» Не может – и всё тут. Между прочим, написать хорошую пьесу гораздо легче, чем создать хороший закон».
Здесь присутствует скрытая полемика с легендой о фольклоре, согласно которой народ будто бы сам себе сочиняет какие-то необыкновенные «народные» песни, мелодии, сказки и прочую чепуху.
Все приведенные фразу Шоу в точности отражают философию фабианского общества.
Кроме Анны Безант, с которой Шоу был в хороших отношениях, в фабианское общество с самого начала входил такой человек, как Хевлок Эллис. Это был патриарх с благородными чертами лица, выходец из семьи потомственных моряков. Отец с детства брал его с собой в плавания. В известный момент мистер Эллис стал заниматься вопросами сексопатологии. Он занимался очень долго, выпустил по этому поводу ряд книг, и считался по заявленной теме большим специалистом. При этом он до 60 лет считал себя импотентом. И женился на женщине, которая была открытой лесбиянкой. Сейчас этим никого не удивишь, но по тем временам афишировать подобные вещи было не принято. Она афишировала. И вот, дожив до 60 лет, маститый английский психиатр внезапно понял, что он никакой не импотент. Он открыл для себя мир золотого дождя, и с этим счастьем прыгал ещё лет двадцать. Одновременно он был одним из основателей евгенического общества. Туда входили люди, считающие себя элитой человечества и пропагандирующие выбраковку нежизнеспособных и дегенеративных особей. Своих детей у Эллиса естественно не было, и быть не могло, а его четыре сестры по каким-то причинам не смогли выйти замуж и остались старыми девами.
То есть человек мыслил ровно на полхода вперед, как это и полагается подростку. Это хрестоматийный «британский учёный».
Вот такой человек входил в первоначальную тусовку фабианцев. И он не выглядел там белой вороной.
В наиболее дружеских отношениях внутри фабианского общества Шоу находился с супружеской парой Сиднея и Беатрисы Уэббов, или как говорили раньше в России Веббов. С Сиднеем Уэббом Шоу познакомился ещё раньше, собственно, они вместе пришли в только что создавшееся фабианское общество. Это очень странный и мутный человек. О его ранних годах и о его происхождении сообщается скупо. Вроде бы отец был каким-то адвокатом. Сам он вроде бы где-то учился, вроде не учился, вроде в Европе, вроде не в Европе. С младых ногтей работал в военном министерстве и в министерстве по делам колоний. А потом вдруг занялся социологией социалистического толка и развил бурную деятельность в фабианском обществе. Это был человек семитского вида и несколько дегенеративной внешности, почти карлик. Он женился на Беатрисе Уэбб, можете посмотреть, как они вместе смотрелись. Беатриса Уэбб, урождённая Поттер, не была аристократкой, но принадлежала к богатой промышленной семье северной Англии. Это английские старые деньги. Она обладала, в отличие от Уэбба, большими средствами. Детей у них, как вы понимаете, не было, и быть не могло. Супруги вместе писали научные работы. Этих работ было много. Ещё в 90-х годах XIX века они сделали себе имя как серьёзные учёные. Действительно, в их работах есть много интересного. Например, они собрали огромный статистический материал. Интересно, как Уэббы работали. Общую идею очередной книги и связь с издателями осуществляла Беатриса. А муж по её заданию подбирал статистический иллюстративный материал, то есть занимался, скорее, технической работой референта. Они всю жизнь прожили вместе и очень дружно. Сделали большую карьеру в лейбористской партии. В конце 20-х – начале 30-х годов Сидней Уэбб стал министром по делам доминионов и колоний. Хорошее завершение карьеры социалиста!
В 30-х годах супруги Уэбб поехали в Советский Союз и встречались там с высшими представителями советской власти. Под впечатлением от этой поездки они написали огромную 1000-страничную книгу, трактующую СССР как страну новой цивилизации. Книга была хвалебная, причем их абсолютно не остановили сталинские репрессии, заставившие многих социалистов и коммунистов в 1937 году пересмотреть своё отношение к замечательной стране Сталина. Уэббы талдычили своё, восхищались Сталиным, считали его выдающимся политическим деятелем. Интересно, что племянник Беатрисы Уэбб – Стаффорд Крисп был послом в Москве в критический момент – в начальный период Великой Отечественной войны. Уэббы были причастны к английской большой политике.
Между прочим, с чего начал свою деятельность Ленин, как он стал известен за рубежом? Его совсем молодым человеком сослали в Шушенское. Туда к нему приехала невеста, Надежда Константиновна Крупская, с которой он вскоре заключил гражданский брак, или даже говорят, брак церковный. После этого молодожёны стали усердно учить английский язык и переводить на русский язык одну из книг Уэббов. Эта работа была щедро оплачена, и имя Ленина впервые услышали в Англии.
Мы рассказали о первой фиктивной семье – это Хевлок Эллис и его супруга, вторая фиктивная семья – Сидней и Беатриса Уэбб. Третья – Ленин и Крупская. А четвёртая фиктивная семья – это Бернард Шоу и Шарлотта Пейн-Таунсент. Шарлотта была близкой подругой Беатрисы Уэбб. Она её и познакомила с Шоу, а также способствовала заключению брака.
Официально считается, что Шоу был до 29 лет девственником, потом нашёл 40-летнюю женщину, с которой находился несколько лет в интимной близости. На самом деле по каким-то соображениям Шоу не хотел говорить о своём гомосексуализме. Поскольку он писатель, объяснение себя у него вышло более-менее правдоподобно. В это даже где-то веришь. Хотя можно процитировать его высказывание о том, что такое автобиографии:
«Все автобиографии лживы. Я не имею в виду бессознательную, непреднамеренную ложь. Я имею в виду ложь намеренную. Ни один человек может быть плох настолько, чтобы о себе рассказать при жизни правду, втянув в это дело, как того и требует правда, свою семью, друзей и коллег. И ни один человек не может быть настолько добродетельным, чтобы рассказать правду потомству в документе, который он держит при себе до тех пор, пока не останется никого, кто бы мог ему противоречить».
К этому ещё одно высказывание:
«Ни один человек не обладает точным знанием о своей собственной жизни. И при расхождении автобиографии с биографией, скорее всего, биография верна, а автобиография нет».
Скорее всего, если мы посмотрим на Шоу глазами современного человека, испорченного интернетом, он был закомплексованным викторианским гомосексуалистом. Шоу был совершенно равнодушен к женщинам, а отношения с мужчинами ему казались отвратительными и безобразными, это его унижало социально. И вообще было как-то стеснительно. Поэтому Шоу, скорее всего, прожил жизнь девственником. Он заключил брак с Шарлоттой, когда ему было немножко за сорок. Ей было столько же. Она была богатой женщиной, как и он, приехавшей из Ирландии. И она тоже была англо-ирландкой. Миссис Пейн-Таунсент не любила детей. И её не интересовала сексуальная жизнь. Поэтому брак с Бернардом Шоу, – что никогда не скрывалось, – был чисто платонический.
При этом Шарлотта (не подумайте ничего дурного!) была близкой подругой Беатрисы Уэбб.
Надо сказать, что Шоу любил свою жену, и она его любила тоже. Но это была любовь, напоминающая любовь англичан к домашним животным. В бытовом смысле Шарлотта была неглупой женщиной, она видела в Шоу мыслителя, драматурга и политического деятеля. Он в ней видел соратницу со сходными взглядами. Но с точки зрения личной близости это была любовь к животным. Шарлотта видела в Шоу кота, которого она любит, кормит из блюдечка и за ним ухаживает. Она действительно за ним ухаживала всю жизнь, благодаря ей он прожил 94 года. В молодости Бернард Шоу вбил себе в голову вегетарианство, и затем всю жизнь придерживался строгой диеты.
Собственно, с чего начался их брак? У Шоу от неправильного питания появились трофические язвы, он начал ходить на костылях. И с подачи Беатрисы Уэбб к нему домой пришла Шарлотта, стала за ним физически ухаживать и просто насильно на себе женила. Без неё он бы умер через несколько лет. В более зрелом возрасте она ему делала питательные клизмы с витаминами и животными жирами, потому что человек не мог безнаказанно сидеть на вегетарианской диете прошлого века. Это возможно только с современными биодобавками. Кто-то тогда всерьёз развивал идею отказа от животной пищи, было известно, что в Индии (солнечной стране с тропическими фруктами) многие люди не едят мяса. Но в целом это была сознательная пропаганда милитаристского государства, которое готовило население к лишениям большой войны. Медикам было, в общем, понятно, что это такое. Это было очень опасно. Когда человек на севере Европы годами не ел мяса, рыбы, сливочного масла, яиц и не пил молока, у него возникали серьёзные проблемы со здоровьем.
Однако вернемся от медицины к литературе. После вхождения в фабианское общество Шоу стал всерьёз заниматься литературной деятельностью, у него возникли связи среди столичных журналистов. Об этом я поговорю в следующий раз.
А в довершение сегодняшней лекции добавлю, что символ фабианства, – волк в овечьей шкуре, – конечно, выглядел для современников довольно вызывающе. Через некоторое время его заменили другим символом – символом черепахи, которая имеет девиз: «Когда я бью – я бью сильно». Фабианство действительно бьёт очень сильно. Мы в этом убедились в 1917 году.
